Я всегда с немалым удивлением вслушиваюсь в комментарии наших СМИ по, скажем так, национально-криминальным вопросам бытия.

Вот, к примеру, случилась в каком-нибудь подмосковном городке пьяная драка с поножовщиной.

Пара человек пострадали, один погиб.

Событие?

Да, безусловно.

Любая человеческая жизнь самоценна.

Даже если ее носитель уже несколько лет как махнул на себя рукой и трезвым взглядом на этот мир смотрел в последний раз те самые несколько лет назад, когда махнул.

Ну, и еще пару раз после, когда не было денег на опохмелку.

…Но является ли это событие «информационным поводом» для масс-медиа?

Да упаси Господи!

Сколько их таких, бедолаг, режут в ежедневном, считай, режиме – никаких газетных полос не хватит: ни белых, ни желтых, ни даже каких-нибудь серо-буро-малиновых.

Не говоря уж о драгоценном эфирном времени на метровых каналах.

Там каждая секунда, пардон, весьма и весьма серьезных денег стоит.

…А теперь представьте, что зарезанный был, так сказать, «лицом некоренной национальности».

Причем не обязательно кавказцем.

Вполне достаточно какого-нибудь таджикского гастарбайтера.

Представили?

Вот то-то и оно…

Сразу появляются какие-нибудь таинственные «русские фашисты», или, того хуже, «скинхеды», давно и пристально отслеживавшие передвижения несчастного, скажем, Мустафы.

Которого они непременно хотели принести в жертву своему кровавому фашистскому богу.

И у которого, как назло, на исторической родине осталась голодающая семья с десятью, непременно, детишками.

Ну, тут-то как раз проще.

На родине Мустафы меньше десяти редко когда рожают.

С фашистами же вообще истории происходят куда более запутанные.

Нет, они – фашисты, в смысле, – безусловно.

В наличии, так сказать.

И – по прейскуранту.

В том числе, к моему прискорбию, и – русские.